Юрий Авербах. В поисках истины: от чатуранги до наших дней

В поисках истины: от чатуранги до наших дней 230 ективной оценке позиции. Путем маневрирования в середине партии игроки стремились создать слабости в лагере противника и только по- том приступали к активным действиям. Учение Стейница стало популярным еще и потому, что им сравни- тельно легко было овладеть. Но в этом заключалась его ахиллесова пята. Появились даже мастера, которые, умело маневрируя, выжидая и не желая рисковать, уклонялись от всяческого обострения игры и с сильными противниками легко шли на мировую. Именно в те годы резко возрос процент ничейных партий-пустышек и появился термин «гроссмейстерская ничья». Так уклон в сторону техники игры нанес ущерб творческому содержанию шахмат. И тогда же, в начале XX века, в недрах самой позиционной школы, как протест против ряда ее догматов, возведенных слишком рьяны- ми адептами в абсолют, возникло течение, получившее с легкой руки Тартаковера название «гипермодернизм». Его провозвестники, на- пример, выступили против завышения роли пешечного центра, про- тив переоценки преимущества двух слонов. Лидерами гипермодернизма – Ароном Нимцовичем, Савелием Тартаковером, Рихардом Рети, Дьюлой Брейером, Эрнстом Грюн- фельдом была разработана концепция фигурно-пешечного центра, когда контроль над центральными полями осуществляют не только пешки, но и фигуры. Это привело к появлению целого ряда ориги- нальных начал: дебюта Рети (за белых), защит Нимцовича, Грюнфель- да, Алехина, а также новоиндийской и староиндийской (за черных). Гипермодернисты отказались от проповедуемой сторонниками по- зиционной школы игры черными на постепенное уравнение, а нао- борот, стремились к встречным активным действиям, к контригре, к перехвату инициативы. Нимцовичу также принадлежит заслуга в раз- работке и внедрении в практику различных приемов маневрирова- ния – лавирования, блокады, профилактики, ограничения подвиж- ности и т.п. Главное достижение гипермодернистов состоит в том, что они сно- ва сделали шахматы интересными, вернули игру с жертвами и комби- нациями на пьедестал, воздвигнутый еще итальянскими мастерами. Ведь позиционная школа, выпячивая роль стратегии, невольно при- нижала роль тактики в маневренной борьбе, вследствие чего комби- нации и жертвы становились скорее исключением, чем правилом. А между тем Нимцович неоднократно подчеркивал, что комбинация должна логически вытекать из стратегии! Не менее важно и то, что гипермодернисты явили миру красоту стратегии, на практике пока- зав, что ее, как и тактику, оплодотворяют вдохновение, фантазия и интуиция. Тем самым они расширили представление о шахматах как о своеобразном искусстве.