Русская эволюция. 2015 № 1

Из автора так и сочится презрение, чего только стоит характеристика Льва Николаевича: «великий знаток чело- веческой и конской психологии делался титанически глуп»… А вот глупого и пошлого Чехова наш умный автор жу- рит: «Некоторым исключением выглядит Чехов, который о мировых вопросах старался не рассуждать и откровенно скучал, когда при нем заговаривали на трансцендентные темы. Но некоторые обмолвки в письмах и свидетельства современников заставляют предположить, что и он в своих прогнозах (и в оценках людей) бывал близорук, как и в жизни, и при этом как-то особенно, от рождения, глух к метафизике. Вот почему и самые симпатичные его персо- нажи ущербны, плосковаты: нет второго дна, есть удру- чающая одномерность и пошлость, которую и автор пре- красно чувствует – только взамен ничего не может пред- ложить, кроме помпезной и скучной демагогии насчет прекрасного будущего, в котором все будут трудиться, трудиться, а вечерами читать… Да… Нет у героев Чехова «второго дна», у самого-то автора, похоже, есть и «третье дно», а скорее всего, много у автора доньев, так много, что в каком из них честь, в ка- ком достоинство, в каком стыд и не разобрать.