Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 114 длинным кораблём выплыло из-за горы и зависло над вершиной. Кажется, сейчас откроются люки, десант гуманоидов сыпанёт на склон». Артём писал родителям, одноклассникам и одноклассницам, и классному руководителю, учителю русского языка и литературы Ва- лентине Петровне Шаталовой. Домой, если честно, не сразу начал в литературном формате писать, переключился на него после того, как отец сообщил, что на мать сильно подействовала смерть парня из класса Артёма. Того в цинке привезли из Афгана. Последний раз с матерью Артём виделся в Новороссийске. Пол- тора месяца прошло в учебке, вдруг кореш кричит: – Артюха, дуй на КПП, мама твоя! Артём воспринял известие как неудачный прикол. В учебке были горазды на розыгрыши. – Чё врать-то! – сказал, не вставая с места. – Дам в лоб, чтоб не трёкал! – Я и сам могу засветить, но мать ждёт. Чеши! – Как может ждать? – Артём не мог поверить, день назад при- шло письмо от неё, ни о чём подобном ни слова. – У тебя мать есть? – А как же! – Ну дак иди! Мама прилетела в Новороссийск со своей родной сестрой, для Артёма тётей Лидой. Ротный отпустил на сутки. Женщины сняли квартиру в Новороссийске и в четыре руки принялись кормить сы- на-племянника. В жизни такого внимания к своей персоне не испы- тывал. Одна что-то готовила-пекла: борщ, курицу, котлеты, сдобу. Вторая тащила с базара вишню, черешню, арбуз, клубнику. Они будто взяли обязательство накормить солдата вперёд до самого дембеля. – Да я не голодный, – смеялся Артём, в очередной раз усажива- емый за стол. Но от домашнего не мог оторваться. В учебке не голо- дал, но от овсяной каши ржать хотелось. – Я, как беременный таракан, – тяжело дыша, отваливался от стола, уставленного тарелками. Тут же звучало: – Сынок, ещё черешенки хоть чуток. В армии разве дадут че- решню.