Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 262 очереди. Но и очередь не выстраивалась. Вертолёты приземлялись на площадку. Перед ними вставало человека четыре царандоевца для наведения порядка при посадке на борт. Толпа тут же смета- ла стражей порядка, и начиналась борьба за место под солнцем, то бишь в салоне «восьмёрки». Штурм сопровождался визгом, крика- ми, руганью. Каждый стремился улететь в столицу любой ценой и во что бы то ни стало. Женщины лезли сами, заталкивали своих де- тей. Пилоты не вмешивались, понимая – бесполезно. Всё утрясётся, уляжется, усядется само собой. Они ждали, будучи уверены, боль- ше, чем может взять машина, пассажиров не влезет. В каждую вертушку набивалось человек двадцать пять. Это при том, что «восьмёрка» двенадцатиместная. Как умудрялись афганцы лететь в состоянии сельдей в бочке, трудно сказать, но они летели. Машина поднималась с огромным трудом. Гардез расположен на высоте три тысячи двести метров над уровнем моря, воздух разря- жен. «Восьмёрка» начинала подъём, в какой-то момент казалось – не сможет взлететь, слишком большой груз, надо отбавлять штук пять пассажиров, но каждый раз Ми-8 отрывался от земли и улетал, де- монстрируя запредельные технические возможности. Аксакалы, собравшиеся в тюрьме, скорее всего, были не прочь за счёт вертолётов шурави увеличить парк машин для пассажиропе- ревозок. Надеялись, «вертолётные начальники» поспособствуют и при выходе советских войск из Афгана оставят летающую технику. Диалогу помешал требовательный стук в окно. К тому времени «начальники», Александр с Мишей, начали ис- пытывать нервозность. За окном сгущалась темнота, вечер катил в ночь, а им ещё идти до пункта постоянного базирования минут пятнадцать. Пусть каких-то полтора километра, и по пистолету при себе, да это смех, если разобраться. Приставит дух автомат к спине. И что? Был подходящий момент, когда можно было вполне диплома- тично уйти, да пакистанская «Столичная» хоть и невкусная, всё же бдительность притупила. Из большой комнаты, играющей роль тра- пезной, вся компания перебралась (вот когда надо было расклани- ваться с аксакалами) в помещение поменьше. Это был своего рода танцпол. Зазвучала музыка, один аксакал вышел на круг и начал танцевать. К чему данное представление, наши офицеры не поняли. Знак ли особого уважения к гостям, коим аксакалы хотели оконча-