Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 288 Жизнь свела нас с Романом в однодневной паломнической по- ездке, я вручил ему свою книжку, обменялись телефонами, через ка- кое-то время он позвонил, сказал: рассказ про Афганистан, что был среди других в сборнике, ему понравился, и сообщил: его родная се- стра, медик, была там. Тема войны, как известно, одна из вечных в поэзии, прозе и драматургии, я попросил Романа свести с сестрой на беседу. Роман позвонил на следующий день и сообщил: пока вариант разговора с сестрой не получается, зато он нашёл для меня афганца. Дескать, на ловца и зверь бежит. На автобусной остановке подошёл к Роману мужчина в камуфляже и попросил благословение. Принял инока за иерея. Роман ситуацию прояснил, в коротком разговоре не- знакомец обмолвился об афганском прошлом, Роман тут же предло- жил афганцу встретиться с писателем. «У меня есть что рассказать», – сказал мужчина. Но оказался вралём. Слаб человек. С подобным приходилось столкнуться однажды в среде ветеранов Великой Отечественной. Попал я на мероприятие, посвящённое битве под Москвой, и заинтересовался ветераном, ко- торый красочно рассказывал с трибуны о боях под Москвой в со- рок первом, как героически защищала столицу его часть, и он в том числе. К началу речи ветерана я припоздал, фамилию не услышал, но заинтересовался, решил взять на заметку, вдруг пригодится. Шли нулевые годы ХХI века, ветераны, кто воевал с немцами на запад- ном фронте, уходили один за другим. На первый план выдвинулись, кому досталось участвовать в краткосрочной войне с Японией в со- рок пятом. До этого были они в тени тех, кому выпало держать обо- рону Сталинграда, ходить в атаку на Курской дуге, кто освобождал Харьков, Киев, Минск, прошёл Польшу, Австрию, Чехословакию, брал Кенигсберг, Берлин. Таких воинов Великой Отечественной ста- новилось меньше и меньше. И вот один из них, причём в силе и светлой памяти. Решил взять у него телефон, однако защитник Москвы куда-то исчез по оконча- нии торжественной части. В вестибюле стояло несколько ветеранов с медалями, орденами на пиджаках. Я подошёл к одному, спросил фамилию интересовавшего меня фронтовика. – Бабич что ли? – скептически скривился ветеран и вдруг жёстко добавил: – Не верьте ему! Врёт он! Никакой не защитник