Петр Гладилин. Афродизиак.

острый перочинный ножичек и стал затачивать каранда- ши один за другим, стараясь сделать вид, будто и не заме- чаю, как накаляется атмосфера. Когда все карандаши бы- ли очень остро отточены, я достал дневник и записал: «Глупо судить обезличенного человека с позиций обезличенной совести. Вообще человека с позиций некой абстрактной совести. Совесть вообще, принадлежащая всем и не принадлежащая никому, — это всегда орудие инквизиции. Зато совесть, имеющая отношение только к одному человеку, есть истинный Бог. Невозможно воскресить человека по анонимке или строчке в судебном деле. Для воскрешения человека по- надобится дух. И когда меня спрашивают о том, что такое дух, я отвечаю: это вещество, которое необходимо для ва- шего бессмертия. Живите духом, наслаждайтесь духом, укрепляйте не только душу, но и свой дух. Иначе как же Господь станет воскрешать вас, друзья мои? Мир, в кото- ром вы живете, противен духу. Как будто все и создано в этом мире, и сам он так устроен, чтобы выдавить из че- ловека дух по капле, обезличить человека и сделать его фигурой малозаметной. Сделать из существа бессмерт- ного существо ничтожное и тленное. Но я не унываю. Я всю свою жизнь сражаюсь за собственный дух, посмот- рите на меня. Я несу огромные потери. Я дважды был раз- бит наголову, я бежал с поля боя, я много лет зализывал собственные раны, и некоторые из них кровоточат до сих пор. Мой дух терпит, скорбит из-за моей нерешительнос- ти и слабости. Но я не сдаюсь, я готов сражаться и даль- ше. Сражаться и радоваться. Но как прискорбно, если бы вы только знали, видеть вас, обреченные. А вы действи- тельно обречены, если ваши души пусты, как орех. Когда душа покидает тело человека, его родные скор- бят и плачут: какое горе! А когда дух покидает тело чело- века, никому и в голову не придет пролить хотя бы одну Афродизиак 37