Петр Гладилин. Афродизиак.

слезу. Если душа покинула тело, человека отпевают и хо- ронят, но что делают с человеком, которого покинул дух? Никто ему даже не посочувствует. Потерял вечность, по- терял бессмертие. Ходит и смердит. Непогребенный. Амен!» Я положил карандаш на стол, закрыл глаза и успокоил сердце. Только что я держал в своих руках человечество. Тяжесть необыкновенная. Только спустя несколько мгно- вений я понял, что мог надорваться. — Что с тобой происходит? — спросила Саша. — Ты белый как мел! Все утро что-то пишешь, разговариваешь сам с собой, я хочу знать, о чем? — ... —Не хочешь мне рассказать? — Выйду на свежий воздух, пройдусь, мне надо кое- что обдумать. — Ты хочешь идти один? Не возьмешь меня с собой? —Нет. Это было фатальной ошибкой. — Тварь, гигантский паук, — взорвалась Мессали- на, —насекомое, набитое старыми книгами, упрямством, похотью. Ты меня с ума сводишь своим многозначитель- ным молчанием. Весь день что-то бормочешь себе под нос. А ночью набрасываешься на меня и прокалываешь кожу чуть пониже живота своим остро отточенным жа- лом. И как следует потрудившись над тем, чтобы сделать ранку пошире, наконец впрыскиваешь свой яд! Твой яд не только умертвляет меня, он растворяет меня изнутри, он переваривает мое тело, мою душу! Он съедает мою па- мять, мою нежность, мою наивность. И ты, объевшийся сладкого нектара, уползаешь в свою нору, закрываешь за собой дверь и водишь указательным пальцем по белым страницам вдоль строчек, пока не покраснеют белки глаз и книга не выпадет из рук. Пётр Гладилин 38