Петр Гладилин. Мотылек.

— Он мавр, он чернокожий, — аргументировал пол- ковник. — Он южный человек, а я вырос на Севере. — И что, мужчины на Севере не плачут? — терпели- во гнул свою линию Лебедушкин. — У нас не принято. — Но вы играете мавра, а не самого себя! — Я про то же, давай поищем другой отрывок. — Нет, мы остаемся в этом месте. Я буду держаться зубами за этот клочок земли. Ни шагу назад! — Другой отрывок! — Когда вы поймете, почему мавр плачет, для вас не будет большой трудностью заплакать. — И почему он плачет? — Потому что он теряет свою возлюбленную, он чувствует, как медленно, но верно счастье ускользает от него. — Я тоже потерял свою возлюбленную, с которой счастливо прожил всю жизнь, но я не плакал. — Вы потеряли любимого человека, а он потерял не- что большее, существо из другого мира. — Дездемона… она что? Привидение с планеты икс, двоюродная сестра короля пчел? — Обьясняю... он черный, мавр, она белая. Он — че- ловек в возрасте, она — совсем молоденькая. Он — во- енный, генерал, она — наивное дитя. То, что он ее лю- бит, — это понятно, но самое большое чудо то, что она любит его. Вот откуда эти слезы! — Хорошо, я прикрою лицо рукой, как будто плачу. — Вы меня не поняли. Скажите, Андрей Исаевич, у вас была нереальная любовь? — Что это значит? — Были ли вы когда-нибудь влюблены в существо недосягаемое, ну, например, в Барбару Стрейзенд или кого-нибудь в этом роде? Пётр Гладилин 296