Павел Турсунов. Дуремар (роман).

118 одежду и изнасиловать. И это бы ему удалось, если бы один интеллигентный, в костюме и галстуке, мужчина, не встал и не сказал тому что-то по-таджикски. Этим он переключил внимание ублюдка на себя. Они долго и громко ругались. Звереныш постоянно переходил на русский язык и кричал, что все русские женщины б… и их надо только… Иришка опять всхлипнула, но справилась с собой и продолжила. Под конец звереныш ударил ее кулаком в лицо и вырвал серьги из ушей, а мужчину-таджика, что за нее заступился, выволокли из автобуса и стали избивать ногами. В этот момент водитель сумел закрыть двери, уехал на большой скорости и даже, кажется, кого-то зацепил из толпы. Он делал остановки лишь там, где просили пассажиры, и из окна автобуса она видела другие толпы, беснующихся молодых ребят, которые забрасывали проезжающий транспорт палками и камнями. - Как же мне было страшно, Сереженька! Объясни мне, что это? Сейчас, ведь, нет войны? Где власть? Где милиция? Где все эти секретари партийные?! Они же, сволочи, не ездят в троллейбусах и автобусах! За что нам все это? За что, Сережа?! Сергей не знал, что ей ответить. Он своими глазами мельком видел лишь последствия тех бесчинств, что творила молодежь днем на центральной улице города. И сейчас пред ним сидела неоспоримым фактом жертва варварской человеческой вседозволенности. И то, что он видел, конечно, было ужасным. Но почему это делалось, зачем? Ведь должна же быть причина всему? Так просто, чтобы с бухты-барахты громить город и избивать ни в чем не повинных людей? Это что-то новенькое! С этим еще не сталкивалось в жизни его поколение!