Павел Турсунов. Дуремар (роман).

129 Отпустило. Словно мягким толстым одеялом, портвешок накрыл нарастающую тревогу в груди, смешав ее с теплом и бесстрашием. Теперь самое время продолжить путь по улицам города, утонувшим в трауре черных чапанов. От здания ЦК, цитадели республиканской власти, до любимого горожанами базара и дальше, к речке Душанбинке, колыхалась улица Путовского, штормила черно-чапанными волнами. А прекрасное, в духе сталинских дворцовых построек серое здание, в котором баррикадилась и заседала верхушка коммунистической партии Таджикистана, охранял жиденький рядок таджикских милиционеров в бронежилетах, в касках, со щитами и резиновыми дубинками в руках. Занятия по физической подготовке явно не входили в сферу служебных обязанностей охранников государственной власти. У одних бронежилеты скрывали тощие безмускульные фигуры, у других – накачанные пловом телеса с подрагивающим лоснящимся животиком. В их лица изнутри, будто в прозрачные стекла закрытых окон, бились несчастными пестрыми бабочками растерянность и страх. Было ясно: стихия народных молодежных масс не сама по себе разыгралась. Ее привели в движение чьи-то расчетливые, прагматичные головы. Старая власть обрюзгла, свесилась курдючным салом с уютных кресел и обленилась. Так почему же не сделать выпад, не попробовать укусить ее и показать, что зрела-вызревала да, наконец, поспела иная сила, готовая в пух и прах распрощаться с родительским прошлым, выйти из состава страны и повести за собой народ в далекие дали мусульманского будущего. Тем более, что Советским Союзом правит невежественный, слабый,