Павел Турсунов. Дуремар (роман).

169 нашлись!» - не на шутку серчая на Слепнева и Нувеля, подумал Сафар и обратился к Хафизову: - А ти, Ёрик, тоже не будищь? - Ты мне лучше скажи, кто это все затеял, подписи какие- то? – постарался увести в сторону разговор Ёрик. - Давлат, - не моргнув глазом, ответил Рушт. - Какой Давлат? – спросил Назри. - Такой Давлат, он один у нас – Худоназаров, - ответил Сафар. - Он просил, чтоби висе подписали. Как же не хотелось Ёру ничего подписывать! Сначала у него зачесалось под лопаткой, потом он тер переносицу, затем сделал вид, что поперхнулся слюной и долго откашливался. - Ну, будищь, или щто? – заторопил Хафизова Сафар. - Ладно, Давлат мне с фильмом помог запуститься, - сломался под тяжестью фамилии Худоназаров Ёрик. - Давай ручку. - Вот тебе здрасте, привет от Насти! - удивился Нувель. – Только сейчас ты распинался с Назришей какие гэкэчеписты молодцы, а теперь письмо к Ельцину подписывать собираешься? Вот это да! - Можно подумать, мою подпись кто-то читать станет, - проговорил Ёрик подписывая обращение. Назри, глядя на своего начальника-режиссера, также с ходу подмахнул бумаженцию, и замдиректора, спрятав документ в картонную папку для бумаг, тут же вместе с литературным редактором растворились в цветущих кустах бульденежа. - Да-а, - поскреб по небритому подбородку Слепнев и, глядя на Ёра и Назри, процитировал на свой лад Маяковского, - ни городу не быть, ни саду не цвесть, когда в стране советской такие орлы летают.