Павел Турсунов. Дуремар (роман).

90 ненавидят! А я любил наше советское государство, баламутное, нездоровое! Уж очень нравилась коммунистическая идея – что-то от христианства, от человеколюбия. А книжица Кампанеллы «Город солнца», которую удалось полистать, после нашего с тобой нелепого случая с ресторанной кражей, так и вовсе развернула меня ветром любви к справедливости, словно корабль. И поплыл я прямиком в коммунисты-кэгебисты еще с училищной скамьи. Плыл и верил: чуть-чуть осталось! Уничтожим последнюю диссидентскую мразь, и вот оно царство – живите, любите! Солнце! А киностудия «Таджикфильм»?! Где мы с тобой проработали бок о бок шесть лет? Меня комитет туда направил на должность юриста, чтоб поближе к киношникам, чтоб в их стае с ними заодно быть. Уже давно оттуда нехорошим запашком веяло! И тебя, думаешь, за твой талант туда взяли? Просил я за тебя. Из комитета звонили, давили. Что ж, место хлебное хорошее, денежное! Только ты там со своей фамилией русской на фиг никому не нужен был! Бывший секретарь союза кинематографистов Таджикистана, а потом и Советского Союза возмущался, говорил: «Как это так – Слепнев?! Наши, таджики должны быть!» С него-то все пошло и поехало! Теперь сидит в Москве у русских за пазухой, и горя ему мало! В республику не суется, знает, что насквозь пропах кровью таджиков, хотя сам не убивал! И никогда не будет прощен за это! Да ты и сам все видел и знаешь. Не прячься, дурачок, за спинами, не наблюдай за мной, не делай из меня врага! Это был приказ: быть с ними, с демократами долбаными! 