Острова памяти

84 мост через ручей, что при въезде со стороны нашей деревни? Так вот его- то немцы стерегут, как зеницу ока! Полицаям не доверяют! Говорил Куприян, с украдкой поглядывая на дверь. За окном мо- нотонно грохотали фашистские танки, визжали тормозами груженные ящиками машины, месили грязь шедшие по обочине деревенской ули- цы шеренги солдат. Все это серо-зеленое месиво, окропленное пылью, грязью и потом, бессмысленно изворачивалось, кричало, бесновалось. Измученные продолжительными и изнурительными боями фашисты по- ходили друг на друга, как оловянные солдатики: были все на одно лицо, усеянное густой сеткой глубоких морщин и серой щетиной, где надолго поселились отрешенность и безразличие. Глядя на так называемый хваленый немецкий «орднунг» (порядок), Роман понял, что выполнить задание без проявления сноровки и изо- бретательности в столь растревоженном фашистском логове ему едва ли удастся, потому решил неприметно шмыгнуть на улицу и лично попы- тать там «разведывательного счастья». Улица встретила его бессмысленной человеческой суетой и грохотом техники. Пахло прелой землей, дымом и копотью выхлопных газов. Тан- ковые колонны, замаскированные под огромные скирды соломы, выда- вали себя лишь торчащими из них стволами. Невдалеке нещадно рычали бронемашины, выбрасывая клубы черного дыма в воздух. Десятки грузо- виков, накрытые белыми покрывалами и сетками, самоходки и мотоци- клы выстроились рядами вдоль деревенских хат и поломанных заборов. Несколько легковых автомобилей, с трудом преодолевая месиво снега и грязи, медленно пробирались в сторону штаба, который разместился в помещении бывшего административного центра колхоза. Роман некоторое время постоял у забора, и, захватив пустую канистру, вышел на улицу. Первая «прогулка» по селу оказалась удачной, а главное, результативной. За ней последовала вторая, затем третья, четвертая… Ка- залось, все шло хорошо. Немцы вообще не обращали внимания на не- взрачного парня, а часовые даже демонстративно отворачивались. – Хальт! – неожиданно раздалось за спиной. Крепко схватив Романа за воротник старенькой телогрейки, фашист больно ударил его стволом автомата. – Куда идешь? – постовой, как попугай, трижды повторил вопрос. – Я… это, – Роман с трудом подбирал простые слова, зная о том, что за годы войны многие немцы в некоторой степени выучили отдельные фразы на русском языке. – К тетке иду… – Кто такой тетка? – постовой продолжал орать, привлекая внима- ние проходивших мимо фашистов. – Партизанен! – Нет…